Операции на сердце без вскрытия грудной клетки

Новости в России и в мире — Newsland — информационно-дискуссионный портал. Новости, мнения, аналитика, публицистика

Операции на сердце без вскрытия грудной клетки

Российские врачи успешно освоили бескровный метод вживления искусственного клапана для лечения пороков сердца.

Операцию по замене аортального клапана без разрезов на сердце провели в Центре сердечно-сосудистой хирургии им. А. Н.Бакулева. Новый метод уникален тем, что он значительно безопаснее прежних, не требует разрезов и остановки сердца, а также существенно сокращает время восстановления. Он подходит даже пожилым людям, которым противопоказаны операции на открытом сердце.

Новая надежда для пожилых

уже более сорока лет занимается разработкой и производством искусственных клапанов сердца. Она продает технологию лечения сердечно-сосудистых заболеваний примерно в 100 стран мира. Годовой оборот компании превышает миллиард долларов США. Эта же компания разрабатывает и уникальные медицинские технологии доставки и установки клапанов.

Сердечные клапаны изготавливаются из тканей животных (бычий перикард). Створки клапана подвергаются специальной обработке по удалению кальция, что уменьшает риск послеоперационных осложнений.

Первыми пациентами стали трое больных старше 70 лет. Для них замена клапана – это единственная возможность выжить. Люди с пороком сердца страдают тяжелой отдышкой и не могут полноценно двигаться.

Из-за отложения солей кальция на стенках клапана сердцу становится труднее перекачивать кровь. Нагрузки на него возрастают, развивается сердечная недостаточность.

Обычно, больные с этим диагнозом живут 1-2 года.

Таким пациентам требуется операция по замене сердечного клапана. Раньше для этого рассекали грудину, останавливали сердце и вживляли новый клапан. Все шесть часов, что длилась операция, пациент был подключен к аппарату искусственного кровообращения. Для восстановления здоровья уходило более трех месяцев. Пережить операцию по силам не всем, и людям старше 70 лет ее не делают.

При новом бескровном методе замены аортального клапана риски для здоровья сводятся к минимуму. Искусственный клапан, изготовленный из сплава никеля и титана, свернут и упакован в трубочку диаметром 6 миллиметров.

Он вводится в бедренную артерию и вместе с кровотоком за считанные минуты доставляется прямо в сердце. Там он раскрывается, подобно зонтику, заменяя собой пораженные створки.

Вся процедура проходит под контролем рентгеновского аппарата и занимает чуть больше часа. Причем основное время уходит на подготовку.

Лео Бокерия, директор Научного центра сердечно-сосудистой хирургии им. А.Н. Бакулева отмечает, что операция в техническом плане очень сложная и требует предельной точности. Малейшее смещение при установке клапана-протеза приведет к его неправильной работе.

Первые операции в Центре сердечно-сосудистой хирургии им. А. Н.Бакулева были сделаны абсолютно бесплатно, на правах клинических испытаний. Больным вживлялись клапаны компании Edwards Lifesciences. Они уже зарегистрированы Росздравнадзором и разрешены к использованию в нашей стране.

Борьба за новые технологии спасения жизни

Эту операцию, уникальную для России, уже давно выполняют за границей. Первым технологию вживления искусственного аортального клапана предложил французский кардиохирург Алан Крибье. Сейчас в мире уже проведено более семи тысяч подобных операций.

По словам руководителя отделения рентгенохирургии Центра сердечно-сосудистой хирургии им. Бакулева Баграта Алекяна, причина отставания России от развитых стран заключается не в недостатке талантливых кардиохирургов, которых у нас в стране немало.

Проблема, как это часто бывает, в простом недостатке финансирования.

Руководитель отделения рентгенохирургии Центра сердечно-сосудистой хирургии им. Бакулева Баграт Алекян: «Направление транскатетерных пересадок искусственных клапанов сердца – аортального, легочного и митрального – станет главным для прогресса кардиохирургии, и даже, замечу с осторожностью, всей кардилогии 2020-ых годов.

Под руководством выдающегося ученого и врача Лео Антоновича Бокерия, в Научном Центре сердечно-сосудистой хирургии имени Бакулева уже имплантируется, кроме аортального, также и легочный клапан.

И мне бы очень хотелось, чтобы после внедрения технологии пересадки митрального клапана – самой сложной их трех – Россия не опоздала на столько же лет, как с легочным и аортальным клапаном».

Передовая методика обходится недешево. Достаточно сказать, что зарубежные разработчики оценили такую операцию в 45 тысяч долларов. После первых успешных операций Российские хирурги надеются получить поддержку от государства.

Иначе современная медицина для жителей нашей страны останется недоступной, отмечает хирург Баграт Алекян. Сейчас по квоте на оказание высокотехнологичной медицинской помощи правительство выделяет лишь 205 тысяч рублей.

А это почти в 6 раз меньше стоимости одного только клапана компании Edwards Lifesciences.

Вдобавок, для проведения таких операций нужно специальное оборудование, включая ангиографическую установку, компьютерный томограф и шприц-инъектор для проведения диагностик.

Ведущие кардиохирурги России надеются, что Министерство здравоохранения и социального развития выделит средства для решения этой проблемы. Иначе нельзя будет «поставить на поток» операции по вживлению аортального клапана и сделать их доступными нашим соотечественникам, которые не могут сами оплатить эту дорогую операцию.

«Безоперационный» метод замены аортального клапана через прокол в бедре подойдет женщинам детородного возраста, людям с сопутствующими заболеваниями и преклонного возраста старше 70 лет.

Как правило, после операции эти больные себя чувствуют очень хорошо. Уже через 2-3 дня их выписывают из больницы.

Замена клапана может подарить страдающим от сердечной недостаточности долгие годы здоровой жизни.

Источник: //newsland.com/user/4297667152/content/v-rossii-osvoili-beskrovnyi-metod-operatsii-na-serdtse/4013738

операция на митральном клапане сердца без вскрытия грудной клетки

Операции на сердце без вскрытия грудной клетки

Я лежала на операционном столе и слушала джаз. В это время мне проводили сложнейшую операцию на сердце.

Мне не делали общий наркоз, как это было бы при полостном вмешательстве. Не разрезали грудную клетку, не останавливали сердце. Все манипуляции проводили через бедренную вену.

Эндоваскулярные (закрытые) операции делают в России уже несколько десятилетий. Но до сих пор о них мало кто знает. «Без наркоза? На сердце? Шутишь. » — так реагировали почти все знакомые, когда я им рассказывала об этой прорывной технологии.

После процедуры мы поговорили с директором Центра интервенционной кардиоангиологии, академиком Давидом Иоселиани, чтобы понять, почему клиникам, проводящим высокотехнологичные операции, выжить порой сложнее, чем сельской больнице.

Сердечные проблемы академика Иоселиани

Так случилось, что родилась я с отверстием в сердце — «дефектом межпредсердной перегородки». Это нестрашная патология, с ней можно жить. Но если у здорового человека предсердия герметичны и не сообщаются между собой, то у меня через эту «прореху» лишняя кровь из левого попадала в правое. Как итог — правые отделы сердца, не справляясь с нагрузкой, увеличивались.

В детстве особых проблем со здоровьем ты не ощущаешь. Годам к тридцати, особенно если вести активный образ жизни, начинаешь обращать внимание на одышку. К сорока мне прочили характерные для пенсионного возраста тахикардию и мерцательную аритмию. В общем, операцию нужно было делать. И чем раньше, тем лучше.

На самом деле в большинстве случаев такие дефекты закрывают еще в детском возрасте. Но мои родные решили: «вырастет — примет решение сама». Я же к кардиохирургам не спешила. И шов через всю грудную клетку волновал меньше всего.

Я страшилась осложнений. В деталях я изучила, как под общим наркозом мне распилят ребра, подключат к аппарату искусственного кровообращения, остановят сердце, проникнут внутрь него.

Потом отверстие либо ушьют, как дырку в носке, либо поставят на него заплату.

«Операция несложная, — успокаивали кардиохирурги. — Длиться будет всего около трех часов!» Правда, потом еще сутки пришлось бы провести в реанимации, около двух — в палате интенсивной терапии. Шесть месяцев, пока грудная клетка не срослась бы, надлежало носить корсет.

Поэтому когда на консультации в Научно-практическом центре интервенционной кардиоангиологии мне сказали, что мой дефект можно закрыть эндоваскулярно, не разрезая грудную клетку, не останавливая сердце, я восприняла это как чудо.

Справка «МК»: «Эндоваскулярные операции еще называют катетерными или внутрисосудистыми.

Хирург не разрезает ткани пациента, к месту проведения манипуляции он подбирается по артериям или венам, проводя необходимые инструменты по установленному внутри сосуда катетеру.

Такой щадящий метод позволяет добиться минимальной кровопотери и в большинстве случаев не требует общего наркоза. Используется в кардиологии, гинекологии, урологии, онкологии».

В кардиологии самая распространенная эндоваскулярная операция — стентирование. В сосуд, суженный патологическим процессом, вживляется конструкция, похожая на пружинку. В моем же случае отверстие в перегородке сердца нужно было закрыть имплантатом, который называется окклюдер.

Об этой конструкции стоит сказать отдельно. Сделана она из нитинола — сплава титана и никеля. Это уникальный металл, обладающий памятью формы. Его можно сжать до совсем миниатюрных размеров, скрутить в спираль.

Но стоит расслабить руку — и сетчатая нитиноловая ткань тут же расправится, примет свой первоначальный вид.

Собственно, благодаря этому свойству окклюдер, диаметр которого в моем случае был три сантиметра, можно сжать и поместить в катетер шириной всего пять миллиметров.

В расправленном виде окклюдер имеет форму катушки. Узкой частью его устанавливают непосредственно в сам дефект, а две более широкие бранши, закрепившись с двух сторон перегородки, не дают ему выпасть. Примерно таким же образом в отверстии на манжете рубашки держится запонка.

К слову, все манипуляции внутри организма пациента хирург отслеживает при помощи рентгена. Чтобы защититься от вредных лучей, врачи надевают фартуки со свинцовыми вставками. Даже в хирургические шапочки вшиты пластины из свинца.

Меня сразу предупредили, что операция будет проводиться под местной анестезией — новокаином обезболят место в паховой области, через которое в вену введут катетер. Но я упорно просила себя «отключить». Человеку, далекому от хирургии, сложно понять, как можно проникнуть в сердце, при этом не доставив непереносимых мучений его хозяйке. В общем, дни перед операцией прошли «на валерьянке».

Для госпитализации сказали приехать к 10 утра, в 11 я уже лежала на операционном столе.

— Первые минуты придется потерпеть, пока мы будем проводить пункцию, — предупредил оперировавший меня директор Центра интервенционной кардиоангиологии Давид Иоселиани. — Потом можете расслабиться.

Пункция, то есть прокол вены, — самый болезненный этап операции. Представьте, что вам собрались брать кровь, но очень толстой иглой. Неприятно, но потерпеть можно.

Когда катетер был введен в прокол, я еще минут десять лежала не шевелясь. Боялась вздохнуть. Слушала комментарии хирургов («мы в нижней полой вене», «зашли в правое предсердие») и силилась ощутить хоть что-то.

Все же в этот момент мне по вене до самого сердца проводили трубку в метр длиной. Но ничего — будто лежишь на обычном УЗИ.

Как потом мне объяснили, и вены, и наш «пламенный мотор» лишены нервных рецепторов, а следовательно, и чувствительности.

Источник: //folkmap.ru/krov/operatsiya-na-mitralnom-klapane-serdtsa-bez-vskrytiya-grudnoy-kletki/

Десятки тысяч пациентов могут избежать открытой операции на открытом сердце

Операции на сердце без вскрытия грудной клетки

Я проходил ординатуру на кафедре хирургии, которой руководил профессор Георгий Дмитриевич Мыш, он же был главным врачом областной клинической больницы. Однажды он меня спросил:

— Юра, а не хотел бы ты поехать в районную больницу на три недели? Там надо заменить хирурга на время отпуска. Ко мне заходил главный хирург области и просил найти кого-нибудь. Что скажешь? — и выжидающе посмотрел на меня.

Я ответил:

— А почему бы и нет? Сейчас сентябрь, погода прекрасная, можно поработать в сельской больнице, а заодно и отдохнуть, покупаться в реке.

В то время я был уже опытным хирургом с десятилетним стажем и не боялся трудностей.

Самолет приземлился в чистом поле и остановился около деревянного строения с надписью «Аэропорт». С одной стороны поле было огорожено забором из длинных жердей, а с другой паслись коровы. Перед каждым взлетом и посадкой работник аэропорта просил их удалиться с поля, используя выражения, которые я здесь привести не могу.

Автомобиль с красным крестом доставил меня к больнице. Выйдя из машины, я осмотрелся. Все сибирские районные центры похожи друг на друга. В каждом имелись райисполком, гостиница, школа, больница, магазин, а вокруг одинаковые деревянные домишки с палисадниками. Дополняет пейзаж лесостепь, в отдалении — сосновый бор и, конечно, речка. Хоть картину пиши.

Главный врач, женщина лет пятидесяти, встретила меня без эмоций. Она записала мою фамилию, задала несколько вопросов и сообщила, что «квартира уже готова и шофер вас позднее отвезет, но сейчас нужно принять больных у Лидии Васильевны». Как выяснилось, Лидия Васильевна и есть тот хирург, которого я должен заменить на время отпуска.

Хирургическое отделение располагалось в бараке. Меня ждали и приготовили белоснежный халат, колпак и тапочки. Медсестры проводили меня в ординаторскую и сообщили, что Лидия Васильевна будет с минуты на минуту.

В ожидании отпускницы я стал просматривать лежащие на столе истории болезней. В них были заполнены только лицевые стороны, то есть записаны фамилии больных, диагноз при поступлении, адрес и дата. Никаких других записей не было, но, судя по датам, эти больные в настоящее время должны были находиться в отделении.

Дверь ординаторской открылась, и вошла Лидия Васильевна. Я встал и поздоровался в соответствии с правилами вежливости, однако никакой ответной реакции не последовало. На приветствие она не ответила, а лишь произнесла недовольным голосом:

— Пошли покажу больных!

Во время краткого обхода, если это можно назвать обходом, она давала мне указания, что делать с тем или иным больным, и напоследок, удаляясь, сказала:

— Все! Меня нет. Я уехала в отпуск!

Когда она ушла, все сестры дружно с облегчением вздохнули. Я спросил:

— Что так?

— Вот теперь и мы отдохнем и поработаем нормально! — ответила одна из них.

Впоследствии я выяснил, что Лидия Васильевна любила выпить и не выбирала выражений, общаясь с коллективом. При этом она никогда не делала обходы больных и имела репутацию хирурга, к которому лучше не попадать в руки.

Я собрал коллектив отделения и предложил план работы: утром — пересмена, отчет дежурных сестер, затем обход больных, перевязки, возможно, операции, лечебные мероприятия и так далее.

После осмотра некоторых серьезных больных меня пригласили на кухню отобедать (должен сказать, кормили там отлично).

Затем шофер скорой помощи отвез меня на постой в старый домишко на две квартиры, состоящие из кухни и комнаты.

Печка была растоплена, на плите стоял чайник, на полке — кое-какая посуда, а в комнатушке — кровать, застеленная чистым бельем. Уже темнело. Шофер уехал, я выпил чаю и лег спать.

Прошло три дня. Среди ночи меня разбудил стук в дверь. За окном рокотал двигатель автомобиля. Шофер сообщил, что привезли женщину с острыми болями в животе. Мы прибыли в отделение. Сестры извинялись, что пришлось меня разбудить во втором часу ночи, но я их успокоил, сказав, что они все сделали правильно.

На вид женщине было лет сорок. Она тихо стонала. Даже при электрическом освещении бросалась в глаза бледность ее лица. Она рассказала, что упала на живот, споткнувшись о порог. При этом она отворачивалась и прятала глаза.

Ну, упала так упала. Я приступил к осмотру.

Когда я начал осматривать живот, то обнаружил в нем наличие жидкости и решил, что это кровь, так как были и другие симптомы: низкое артериальное давление, частый слабый пульс, бледность кожи.

— Внутреннее кровотечение! Будем оперировать! — сказал я, только сейчас заметив стоящих рядом операционную сестру и санитарку.

Сестра переспросила:

— Юрий Олегович, что будете делать?

Я ответил одним словом:

— Лапаротомию.

Пока я записывал данные осмотра в историю болезни, операционная была подготовлена, а санитарка провела масочный наркоз.

Молодому поколению хирургов покажется невероятным то обстоятельство, что санитарка дает наркоз больному, но в то время анестезиологической и реанимационной служб не существовало. Наркоз больному давали санитарки под наблюдением оперирующего хирурга. Конечно, это отвлекало хирурга от хода операции, но что поделаешь…

Вскрыв брюшную полость, я обнаружил в ней большое количество свежей крови и поврежденную мелкую ветвь брыжеечной артерии, которую прошил и перевязал.

Затем я тщательно проверил состояние кишки, и, когда убедился в том, что она не изменила цвет и нормально перистальтирует, осушил полость живота и зашил его, оставив выведенный наружу микроирригатор (тонкую резиновую трубку).

Удаленную из брюшной полости кровь мы перелили больной, чтобы восполнить кровопотерю.

Женщина быстро поправилась, но вскоре до меня дошли слухи, что она не упала, а ее избил пьяный муж. Такое у меня не укладывалось в голове.

Как же можно избивать самого близкого тебе человека, жену, мать твоих детей? Я настаивал, чтобы ее муж пришел ко мне для беседы, но он прятался от меня.

Больная позднее говорила, что он очень переживает, но встречаться со мной стесняется. Наверное, ему было стыдно.

За период пребывания в этой больнице я сделал несколько операций (удаление червеобразного отростка, ушивание перфоративной язвы желудка, грыжесечение, вскрытие гнойников и так далее). Кстати, грыжесечение — это интересно.

Ко мне явился главный бухгалтер совхоза и продемонстрировал большую паховую грыжу, которая была у него уже пятнадцать лет. Я удивился такому сроку:

— А что же вы к Лидии Васильевне не пришли?

Но он поспешно возразил:

— Вот уж нет! Как только я узнал, что она уехала в отпуск и приехали вы да уже спасли (!) двух больных, сразу решил: вот теперь я доверю свою грыжу хирургу!

После того как я его прооперировал, у меня на столе в ординаторской стали появляться гостинцы: то вареная курочка, то сливочное масло с домашними печенюшками, то творожок. На мой вопрос, откуда это взялось, сестры делали большие удивленные глаза и отвечали, что никого не видели. Но я всегда приглашал их на чаепития, во время которых узнавал о житье-бытье деревни.

Однажды меня пригласили в родильное отделение, что меня несколько удивило. Я, конечно, незамедлительно отправился туда. Встретила меня акушер-гинеколог из областной больницы, которая оказалась здесь в командировке.

Она рассказала, что женщина двадцати лет из-за суженного таза не может разродиться и что у плода уже слабо прослушивается сердцебиение.

Хотя я и не был силен в акушерском деле, но кое-что с институтских времен у меня в голове осталось, и я спросил:

— А шейку рассекла?

— Рассекла в четырех местах, как положено, но плод ни с места!

— А кесарево?

— Уже поздно, плод почти погиб, еле-еле прослушивается сердцебиение.

— А тягу за череп применяли? — поинтересовался я.

— Нет, — ответила она, — но можно попробовать.

И мы приступили к делу. На меня надели халат, нарукавники, маску, фартук, перчатки и дали соответствующие приспособления.

Пулевыми щипцами мне удалось зацепиться за череп плода, и мы смастерили тягу через блок, но уже через пятнадцать минут врач сказала, что плод погиб и надо спасать мать. Я тут же предложил плодоразрушающую операцию, поскольку другого выхода не видел.

Операцию доверили делать мне, так как я хирург и к тому же мужчина. И действительно, на враче-акушере, как говорится, лица не было.

Хотя опыт проведения подобных операций у меня отсутствовал, но что нужно делать, я знал. Проткнув специальным перфоратором череп плода, я удалил головной мозг, затем наложил специальные щипцы на лицевую часть, но щипцы при тракции сорвались. Тогда я снова наложил щипцы, но уже на затылочную кость, и с большим усилием вытянул плод наружу.

Весь персонал засуетился, мне сказали, что нужно еще удалить послед. Пилящими движениями ладони я отделил его, и он шлепнулся в таз. Мне протянули шприц, и я ввел препарат в шейку матки. Кровотечение заметно уменьшилось и вскоре совсем остановилось. Таз наполовину был заполнен кровью. Требовалось переливание крови.

Женщина — хотя какая она женщина, девчонка — была очень бледна, пульс еле прощупывался, артериальное давление упало.

Крови нужной группы не оказалось. Я велел сестре немедленно ехать в соседний район за кровью. Под утро кровь привезли, мы сделали переливание, и дело потихоньку пошло на поправку.

Измученный, усталый, весь в крови, я наконец отмылся, привел себя в порядок и зашел в хирургическое отделение посмотреть больных, но сестры единодушно отправили меня домой поспать.

Вернувшись в больницу после короткого сна, я зашел в родильное отделение и с радостью увидел бледную, ослабленную, но улыбающуюся девчонку, а вокруг нее всех участников ночного кошмара. Я был счастлив, что удалось сохранить жизнь этой девочке. Она молода и еще нарожает детей.

Отработав положенный срок, я возвращался домой. Конечно, перед отъездом зашел попрощаться с поварами, с работниками родильного отделения, а уж хирургическое отделение меня провожало с огромным сожалением. Все врачи, сестры, санитарки махали на прощание, и я им помахал. В деревне почти у каждого дома стояли люди и молча провожали машину взглядом. Я спросил шофера:

— А что это народ-то весь на улице? Разве праздник какой?

— Да нет, Юрий Олегович, не праздник. Вас провожают. Много хорошего вы сделали нашим людям, а ведь на деревне все быстро распространяется, и помнить о вас будут долго. Спасибо вам! — ответил он.

Спустя много лет, когда я работал на кафедре хирургии факультета усовершенствования врачей, один из молодых хирургов- слушателей сказал:

— Юрий Олегович, а я ведь из Н-ского района, и о вас там помнят до сих пор, просили передать вам огромный привет, приглашают приезжать!

Приятно было такое услышать. Добро не забывается.

Отрывок из книги-сборника воспоминаний советского хирурга Юрия Абрамова, в котором он рассказывает о своем опыте работы в деревенской больнице.

Источник: //pikabu.ru/story/desyatki_tyisyach_patsientov_mogut_izbezhat_otkryitoy_operatsii_na_otkryitom_serdtse_6587179

Белорусские хирурги делают операции на сердце детям без вскрытия грудной клетки

Операции на сердце без вскрытия грудной клетки

Николай Понеделко был первым в Беларуси и СНГ ребенком, которому заменили клапан легочной артерии сердца без вскрытия грудной клетки и остановки сердца.

Эту уникальную операцию провели в мае прошлого года в Республиканском центре детской хирургии, где мальчик до этого перенес четыре операции на открытом сердце.

Но, глядя на него, ни за что не скажешь, что это ребенок с тяжелым врожденным пороком сердца, за жизнь которого врачи боролись не один год. Тринадцатилетний Николай выглядит как обычный подросток, с удовольствием дает интервью.

За свои тринадцать лет Николай перенес пять операций. Теперь он и сам не прочь выучиться на хирурга. Павел МАРТИНЧИК

«В детскую хирургию сына увезли из роддома»

– Первую операцию сделали, когда мне было 17 дней. Потом в год, три и пять лет. А в прошлом году была операция, которая поможет мне жить и сделать следующую уже через много лет, – серьезно рассказывает Николай. – По ощущениям все хорошо. Раньше чуть-чуть больше уставал. Если бегал много – начинал чуть-чуть задыхаться, а сейчас все нормально.

Поэтапное спасение ребенка с тяжелым врожденным пороком сердца выглядело так: сразу сделали операцию, которая спасла ему жизнь и позволила окрепнуть; позже установили специальный искусственный сосуд с клапаном, который обеспечивает правильную работу сердца. Но поскольку ребенок растет, протез сосуда с клапаном приходится заменять. И каждый раз это была операция на открытом сердце.

– Сюда, в РНПЦ, его забирали прямо из роддома, – рассказывает Елена, мама мальчика. – А потом началась новая жизнь. Зато все стало на свои места: что есть важно в жизни, что неважно. Я полностью доверяю нашим докторам. Поэтому, когда предложили операцию, которую до сих пор детям у нас не делали, страха не было. Страшно, когда тебе отказывают в помощи.

Для мамы Николая уже после первой операции сына все в жизни стало на свои места – что в ней важно, что – нет… Павел МАРТИНЧИК

Новый клапан мальчику ввели без разрезов, через сосуды (это называется эндоваскулярное протезирование). Это улучшило его нынешнее состояние и сработало на предупреждение – в будущем можно будет также обойтись без открытой операции и не бояться осложнений.

Сегодня подобную операцию, которую раньше делали только взрослым, благополучно перенесли уже несколько детей. Вообще будущее кардиохирургии – именно за такими малоинвазивными методами. В РНПЦ детской хирургии сегодня количество таких щадящих операций увеличивается.

Аритмию теперь можно вылечить до школы

В лечении детской аритмии революция у нас произошла в прошлом году, когда в РНПЦ детской хирургии начали делать операции детям 5 – 6 лет. Раньше ребенку с нарушениями ритма сердца приходилось принимать несколько раз в день серьезные препараты как минимум до 12 лет, обходить стороной спортивные и танцевальные секции.

Теперь такие дети могут идти в школу здоровыми и выбирать себе активные занятия по душе. Сама операция щадящая, без больших разрезов: в бедренной артерии хирург делает прокол, через который затем с помощью специальных инструментов по сосудам подбирается к сердцу, находит в нем очаг неправильного импульса, приводящий к сбою сердечного ритма, и купирует его методом радиочастотной аблации.

Эффект такого вмешательства долгосрочный, практически пожизненный.

У наших хирургов в распоряжении новейшие технологии и аппаратура. Павел МАРТИНЧИК

Тяжелый пациент весом… 900 граммов

Малыши, в которых нет и килограмма веса, – постоянные пациенты РНПЦ детской хирургии. Как правило, это недоношенные детки с серьезными врожденными пороками сердца, легких, пищеварительного тракта. Один из таких пациентов – мальчик, который родился весом 900 граммов.

Малыши, которые рождаются с весом меньше килограмма – частые пациенты РНПЦ. Павел МАРТИНЧИК

– На фоне недоношенности у него сильно пострадал кишечник, образовались множественные отверстия в тонкой кишке, в брюшной полости развился перитонит.

Ребенка пришлось экстренно оперировать, чтобы спасти жизнь, – рассказал Андрей Заполянский, заведующий отделом детской хирургии.

– Пока удалили большой участок поврежденной тонкой кишки, вылечили перитонит и наладили временное питание через желудочный зонд. Задачей второй операции будет восстановить целостность кишечника.

Первая операция, как правило, спасает жизнь ребенку. И, как правило, она не последняя Павел МАРТИНЧИК

Некротический энтероколит (развитие язв и некрозов на стенках кишечника с дальнейшей перфорацией) часто называют «болезнь выживших недоношенных». В РНПЦ детской хирургии гордятся тем, что результаты лечения и выживаемость деток с такой патологией в последние годы значительно улучшились.

Выживаемость деток с некротическим энтероколитом в последние годы значительно улучшились Павел МАРТИНЧИК

При этом Константин Дроздовский, директор РНПЦ детской хирургии отметил, что достаточно часто дети с малой массой рождаются после ЭКО.

Большинство операций, которые делают в РНПЦ – малоинвазивные. Павел МАРТИНЧИК

Проглоченные батарейки чаще всего застревают в пищеводе

Монеты, пуговицы, булавки, ключи, кольца, крестики, заколки, шурупы, гвозди – коллекция предметов, проглоченных детьми и извлеченных хирургами РНПЦ и выставленных на обозрение в одной из операционных, разнообразная.

Самый страшный из этих «экспонатов» – круглые плоские батарейки. В редких случаях они могут выйти из организма естественным путем. В основном застревают в пищеводе. Сразу этого можно и не заметить.

А заряженная батарейка может прожечь пищевод за пару часов, а то и меньше, и эта травма в корне изменит жизнь ребенка.

Впечатляющая коллекция проглоченных детьми предметов Павел МАРТИНЧИК

– Я бы поставил знак равенства между батарейками плоскими и агрессивными жидкостями. Потенциальная опасность при попадании в пищевод от них одна и та же. Но если на жидкость реакция будет через несколько секунд, то с батарейками другая ситуация.

Ребенок сразу не скажет, что проглотил ее, и если батарейка станет в пищеводе, то клиническая картина проявится чуть позже, – говорит Кирилл Мараховский, заведующий диагностическим отделением, главный внештатный специалист Минздрава по детской эндоскопии. – Дырка в пищеводе – это паллиативные операции (вмешательства для облегчения жизни. – Ред.

), тяжелые и неперспективные, длительная реабилитация, это инвалидность и большой риск для жизни.

Кирилл Мараховский, главный внештатный специалист Минздрава по детской эндоскопии показывает, как у ребенка доставали швейную булавку, которую он даже не проглотил, а просто… вдохнул Павел МАРТИНЧИК

– Какие жидкости самые опасные? Вот алкоголем, например, маленький ребенок может сжечь пищевод?

– Алкоголем – нет. Самое опасное – бытовая химия, содержащая щелочь. Каждая такая история по-своему трагичная. В прошлом году попал к нам ребенок, который выпил аккумуляторную щелочь. Он жив, но его жизнь полна трагедии. Ему сделали пластику пищевода, он в состоянии стеноза (уменьшение диаметра просвета пищевода, нарушающее его проходимость. – Ред.).

Опять батарейка!.. Павел МАРТИНЧИК

Батарейки – главная опасность. Павел МАРТИНЧИК

За год мы выполнили 404 эндоскопические операции, и это не только извлечение инородных тел. Мы создали эндоскопическую службу высочайшего уровня, работаем с врожденными пороками, делаем операции, которые мало кто делает в Восточной Европе, на уровне немецких и английских специалистов.

Это лечение артрезии (непроходимости) двенадцатиперстной кишки, баллонная дилатация трахеи при врожденном стенозе (сужение дыхательных путей, при котором ребенок едва дышит) и другие малоинвазивные операции.

У нас в распоряжении есть все эндоскопические методики, которые на сегодня существуют для детей.

ТОЛЬКО ЦИФРЫ

– С врожденными пороками сердца в Беларуси ежегодно рождается около 1000 детей. Примерно 10% из них нуждаются в экстренных операциях.

– В 2018 году в РНПЦ детской хирургии проведено около 5 тысяч операций. Более тысячи – по коррекции врожденных пороков сердца.

В РНПЦ детки попадают действительно в надежные руки. Павел МАРТИНЧИК

Источник: //www.kp.by/daily/26953/4006554/

Операция по замене сердечного клапана и реабилитация после неё

Операции на сердце без вскрытия грудной клетки

Сердце представляет собой полый мышечный орган, размеры которого не превышают величину человеческого кулака. Оно осуществляет доставку крови ко всем органам человека. При этом для того, чтобы предотвратить переполнение сердца кровью или ее вытекание в обратном направлении, в сердце имеется четыре клапана.

Это своего рода дверцы между сердечными камерами. При стенозе или недостаточности происходят нарушения в функционировании таких «заслонок». В этих случаях требуется замена клапана на сердце, поскольку при перечисленных патологиях его насосная функция подвергается дополнительной нагрузке.

Поэтому как проходит операция по замене клапана на сердце необходимо рассмотреть дополнительно.

Всего существует 4 типа сердечных клапанов

Показания к операции

Сердечные клапаны предназначены для того, чтобы кровь не следовала в обратном направлении, также они препятствуют переполнению сердца. При некоторых патологиях такие функции в полном объеме они выполнить не могут. В некоторых случаях изменения клапанов происходят вследствие врожденного дефекта.

Однако они могут происходить из-за ревматической атаки, инфицирования, нарушившегося обмена веществ или из-за ишемической болезни. Эти заболевания приводят к тому, что может понадобиться замена аортального клапана или митрального из-за их деформации.

Именно они чаще всего подвержены патологическим изменениям.

Операция по замене клапана на сердце необходима из-за следующих нарушений:

  • Недостаточность. При этом пороке происходит деформация клапана. Створки смыкаются не полностью. Из-за этого кровь получает возможность вытекать в обратном направлении. В этом случае сердцу требуется перекачивать дополнительно недостающие объемы крови. Нагрузка на орган возрастает.
  • Стеноз. При этой патологии происходит сужение проходного отверстия из-за рубцевания тканей. Для нагнетания крови при этом сердцу требуется дополнительное усилие.

При стенозе клапана требуется его заменить

В обоих случаях сердце выполняет дополнительную работу. Со временем насосная функция снижается, а сердечная мышца ослабляется.

Для того чтобы повысить мощность, сердцу приходится увеличиваться, при этом желудочки расширяются. Стенки же сердечной мышцы утолщаются.

Достигнув определенной толщины, они перестают снабжаться кровью в необходимой степени. В этом случае возможно проявление сердечной недостаточности.

Иногда клапан восстанавливают при помощи хирургического вмешательства. Если срослись створки, то производится их рассечение – комиссуротомия. Выполнение вальвулопластики предполагает изменение размеров створок или подшив искусственных хорд и опорных колец. Таким образом, восстанавливается функция клапана. Однако сохранить его не всегда удается.

Существуют и другие показания, при которых выполняется протезирование клапанов сердца, к ним относятся:

  • возрастные атеросклеротические изменения;
  • повреждение клапанов вследствие инфекций;

При атеросклерозе также может потребоваться оперативное лечение

  • атрезия (отсутствие или заращение каналов или отверстий) клапанов;
  • патологические деформации («сморщивание» створок);
  • невозможность выполнения комиссуротомии;
  • кальциноз.

Виды клапанов сердца и понятие о них

Искусственный клапан сердца, в зависимости от конструкционных особенностей, может быть двух видов – механическим или биологическим. При этом количество первых из общего числа имплантированных в последние годы преобладает примерно на 10%.

Биоклапаны состоят из неживой, при этом специально обработанной, человеческой или животной ткани.

Механические имплантаты могут изготавливаться из металла, синтетической ткани или из углерода. При этом они производятся как одностворчатые, так и двустворчатые. Срок службы таких клапанов более 50 лет.

Их применение способствует тому, что срок жизни с искусственным клапаном сердца значительно продлевается. Однако они требуют постоянного приема препаратов, предназначенных для разжижения крови. В противном случае такой имплантат может затромбироваться.

Необходимо будет срочное повторное протезирование аортального клапана сердца.

В то же время, биологические имплантаты не требуют регулярного использования антикоагулянтной терапии. Но последствия замены клапана сердца (при использовании биологического вида изделия) заключаются в том, что примерно через 10–15 лет происходит изменение эластичности створок.

Такое изделие требуется заменить в ходе плановой операции. Это происходит приблизительно через 15 лет. Биологические клапаны предпочтительнее для пожилых пациентов.

При этом происходит постоянное развитие производства биопротезов в части как конструкционных изменений, так и стабилизации биоткани.

Определить, какой вид клапана подходит именно этому пациенту, может только опытный хирург. Это выполняется на основании проведенной диагностики с учетом возрастных особенностей больного и характера заболевания.

Выбор оптимального имплантанта должен сделать опытный хирург

Подготовка и ход операции

При подготовке к операции необходимо пройти ряд обследований. Среди них рентгенографическое исследование органов, расположенных в грудной клетке, эхокардиограмма (возможно использование и пищеводного датчика), электрокардиограмма.

Потребуется также сдача ряда клинических, а также биохимических анализов. Мужчинам, достигшим 40-летнего возраста и женщинам после 45 лет необходимо выполнить катетеризацию сердца, при необходимости коронографию, аортографию или вентрикулографию.

Этот метод необходим для того, чтобы определить проходимость коронарных артерий.

Для эффективности проведения подготовки к операции требуется строгое соблюдение врачебных рекомендаций, включающих прием медикаментов, физическую активность, режим питания и распорядок дня.

Традиционное выполнение операции по замене сердечного клапана заключается в применении открытого способа. В этом случае под общим наркозом выполняется вскрытие грудной клетки путем ее распиливания. Сердце пациента исключается из общей системы кровообращения. При этом оно должно обрабатываться специальными препаратами.

Для сохранения функции кровообращения используется аппарат, искусственно выполняющий работу сердца. Затем обеспечивается полный доступ к клапану и производится процедура по его замене. После этого пациента отключают от аппарата «искусственного сердца», а запускается настоящий орган, закрывается грудина.

Длительность таких операций достигает шести часов (в зависимости от сложности).

Операции по замене клапана достаточно сложные

В ходе операции в грудную клетку устанавливаются дренажные трубки. Они предотвращают скопление жидкости в области сердца. Удаляются через несколько суток после выполнения операции.

Малоинвазивные методы

Однако медицинские методы постоянно совершенствуются. Появилась новая транскатетерная технология имплантации. Такая процедура, как эндоваскулярное протезирование аортального клапана производится для его замены путем внутрисосудистого доступа.

Операция выполняется путем внедрения протеза через бедренную артерию. Такое вмешательство необходимо при стенозе аортального клапана, который обеспечивает поступление крови в аорту.

Сужение аортального клапана без выполнения операции приводит к 10%-ой смертности от общего количества таких больных.

При выполнении операции сложенный биопротез доставляется к отверстию пораженного аортального клапана. Раскрытие может происходить самостоятельно или с помощью баллона.

С его же помощью выполняется предварительное расширение просвета. Процедура производится под рентгенологическим контролем. После удаления системы доставки биопротез начинает функционировать.

Операция безболезненная, поскольку выполняется с применением местного наркоза.

Современные технологии позволяют выполнять замену клапана почти безболезненно

Первое, что интересует пациентов, это то, сколько длится операция по замене клапана на сердце. Среднее время выполнения такой процедуры – 90 минут. Для сравнения: полостная операция длится около шести часов.

Внутрисосудистое протезирование исключает наличие больших разрезов, уменьшает выраженность болевых ощущений, а также исключает возможность осложнений из-за нагноения швов. Остановка сердца пациента при такой малоинвазивной операции не производится и процент осложнений после операции довольно низок.

Для замены митрального клапана (без вскрытия грудной клетки) разработаны новые комбинированные протезы, которые выполнены с использованием как биологических, так и механических элементов. Это гарантирует прочность конструкции, при этом прием препаратов, которые разжижают кровь, не требуется.

Выполнение операции происходит с использованием фиброоптического зонда аналогично описанной выше процедуре путем иссечения больного клапана и введения вместо него нового протеза. Процедура занимает времени чуть больше, чем час. При этом послеоперационных осложнений практически не наблюдается.

Подобные операции проводятся с помощью специального оптического зонда

Возможные осложнения

После проведения полосной операции одним из последствий замены сердечного клапана может являться такое осложнение, как тромбоэмболия. Это наиболее частое проявление в послеоперационный период. Причины ее возможного развития – мерцательная аритмия, неправильное выполнение антикоагулянтной терапии, обострение ревматических процессов или дисфункция протеза.

Последствия замены митрального клапана могут проявиться в процессе выздоровления на разных стадиях. Наиболее критический момент – первые сутки после операции. Могут проявиться различные инфекции, возникнуть внутреннее кровотечение или приступ. Примерно у 5% пациентов случается инфаркт. Возможно возникновение тампонады сердца.

Однако почти все эти осложнения излечимы. Процент смертности – около 1%, по сравнению с невыполненной операцией он существенно ниже. Жизнь после операции по замене клапана сердца продолжается в полной мере, при этом зачастую достаточно долго.

Осложнений после таких операций почти не бывает

Противопоказания к операции

Замена сердечного клапана может выполняться не всем пациентам. Она противопоказана в следующих случаях:

  • Наличие сердечной недостаточности, протекающей в тяжелой форме.
  • Тромбирование сосудов.
  • Сильная деформация сразу нескольких клапанов.
  • Инфекционный эндокардит (при этом заболевании поражается внутренняя оболочка миокарда) или другие инфекционные заболевания в острой форме.
  • Ревматизм в тяжелой форме на стадии обострения.
  • Обострение таких хронических заболеваний, как сахарный диабет или бронхиальная астма.
  • Нарушения в острой форме мозгового кровообращения.
  • Инфаркт миокарда.

При указанных патологиях и их протекании в острой или, тем более, необратимой форме, операция по замене аортального клапана сердца не выполняется.

Больным с инфарктом делать такие операции нельзя

При этом существование в организме таких очагов инфекции, как гайморит, холецистит, тонзиллит, пиелонефрит и кариес зубов являются относительным противопоказанием, поскольку после излечения хирургическое вмешательство может быть произведено. Предварительное выполнение терапии таких заболеваний необходимо вследствие риска возникновения (после проведения операции) воспаления эндокарда из-за инфекции.

Особенности послеоперационного периода

Реабилитация после замены клапана на сердце может иметь разные сроки. Это зависит от сложности операции и общего состояния здоровья пациента. В большинстве случаев вставать с постели человек сможет уже через два дня. Первое время ощущается боль в груди и повышенная усталость.

При благополучной операции и отсутствии осложнений пациент из стационара может быть выписан через пять суток. В случае выполнения необходимого лечения – через десять. Однако следует учитывать, что послеоперационный период длится не менее трех недель, а жизни с искусственным клапаном сердца необходимо учиться заново.

Требуется беспрекословное соблюдение врачебных рекомендаций после протезирования аортального клапана. Они включают кардинальное изменение образа жизни – распорядка дня, питания и многого другого, что включено в понятие правильного образа жизни. Надо помнить, что после замены митрального клапана устраняется только его дефект, а другие проблемы с сердцем остаются.

Источник:

Операция по замене клапана на сердце

Замена клапана на сердце до недавнего времени осуществлялась только с помощью открытых операций. Сейчас появилась альтернатива –  малоинвазивная процедура , проводящаяся без вскрытия грудной клетки. Сама операция проводится при наличии у человека существенных дефектов сердечного клапана, мешающих нормальному кровообращению и не поддающихся терапевтическим методам лечения.

Заменить клапан на сердце можно при помощи малоинвазийной процедуры

Показания к операции по замене клапана сердца

Основные задачи клапана: одностороннее распределение крови и препятствование её обратному движению.

Если клапан перестаёт правильно функционировать, то у человека развивается сердечная недостаточность. При этом изнашивается кардиальная мышца, во всех внутренних органах образуется застой крови.

Как следствие: организм человека истощается. Со временем подобные осложнения приводят к летальному исходу.

Источник: //dp3.ru/serdtse/operatsiya-po-zamene-serdechnogo-klapana-i-reabilitatsiya-posle-neyo.html

БолезниНет
Добавить комментарий